
За полвека творческой деятельности народным артистом СССР Д. И. Журавлевым создана звучащая антология русской поэзии и прозы, гигантская панорама жизни России, Достаточно перечислить лишь некоторых писателей, чьи произведения он исполняет; Пушкин, Лермонтов, Гоголь, Тургенев, Лев Толстой, Лесков, Чехов, М. Горький, Блок, Маяковский, Бебель, Твардовский, Ахматова, Багрицкий, Платонов, Пастернак… — вот далеко не полный перечень имен. Каждое из них — явление в литературе, за каждым — глубочайшие пласты народной жизни, сложные исторические ситуации, философские проблемы. Журавлев — художник глубоко современный, и в то же время в программах его нет произведений-однодневок. Высочайшая литературная требовательность и бескомпромиссность артиста общеизвестны. На все сложные вопросы наших дней он отвечает лучшими произведениями современных писателей и писателей-классиков, прекрасно подтверждая мысль о том, что «классика — дальнобойное орудие современности». В программах его и лирические миниатюры, и большие эпические полотна, повествующие о сложной и великой истории нашей страны, такие, как «Медный всадник» Пушкина, «Возмездие» и «Двенадцать» Блока, «Хорошо» Маяковского, «Дума про Опанаса» Багрицкого, «Василий Теркина Твардовского… Острые ист¬рические и социальные сломы и человек, ищущий в лабиринте событий свой путь, — вот тема, которая постоянно волнует артиста. В своем искусстве он и историк, и философ, но, прежде всего, глубокий психолог. В годы великой Отечественной войны Журавлев создал большую программу о несокрушимости русского духа, в которую вошли произведения И. Тихонова, А. Ахматовой,
С. Спасского, И, Эренбурга… Наряду с современными поэтами и писателями по-новому зазвучали в исполнении артиста и страницы русской классики, обретшие новый смысл, новую мудрость. Так, особенно остро воспринимались в то время страницы романа «Война и мир». Лев Толстой звучал как современник! Обращение к истории закономерно. Повторяются коллизии, и раздумья ушедших оборачиваются раздумьями живых. К годовщине Победы, в 1947 году Журавлевым была создана программа «Василий Теркин».
«Мне хотелось посвятить ее. — говорит артист словами Твардовского, — «Павшим памяти священной, Всем друзьям поры военной». А называться она могла бы: «Он идет святой и грешный, Русский чудо-человек». К сорокалетию Советской власти Журавлевым была прочина целиком Октябрьсякая поэма Маяковского «Хорошо».I Мысль о России, ее прошлом и настоящем, о ее будущем не покидает артиста на протяжении всей его творческой жизни. Так, в 1968 году им была создана программа, в которую вошли стихи Блока «На поле Куликовом» и поэма «Двенадцать», главы из поэмы Маяковского «Хорошо» , стихи Ахматовой из цикла «Ветер войны» и стихи Заболоцкого «Седов», «Храмгэс», «Город в степи»… В 1970году — программа из произведений Блока, где где прозвучали стихи из цикла «Страшный мир», фрагменты «Возмездия», стихи из цикла «Родина»… В середине 70-х годов — программа «Блок, Ахматова, Пастернак, Маяковский». Тема творчества и тема Родины — ведущие в ней. Слушая Журавлева, снова и снова убежда¬ешься, как глубоко и кровно спаяно его творчество с жизнью нашей страны. Веем своим искусством — «искусством звучащей литературы — он словно был призван войти в огромный мир своей Родины, в ее прошлое, настоящее, заглянуть в будущее. Как много надо знать и любить литературу, уметь входить в душевный мир людей, сострадать им, чтобы быть подлинным художником, бескорыстно щедрым на любовь и сочувствие к людям. Журавлёв именно таков. И его душевная щедрость, заинтересованность судьбами людей (и в литературе, и в жизни) создают вокруг него особый нравственный климат, привлекая сердца многомиллионных слушателей. Через искусство Журавлева («театр воображение»), где основа воздействие — слово, насыщенное мыслью и образами, посланное слушателям с полным доверием к их воображению и сотворчеству, вхо¬дим мы в огромный духовный мир исполнителя, живем вместе с ним в великой литературе. Высший художественный смысл, сущность своего искусства Журавлев видит в передаче стиля, образа автора («голоса автора», как он любит говорить). При этом каждый писатель у него индивидуален, неповторим, хотя во всех явно присутствует Журавлев. Именно в этом умении предельно сблизиться с автором, сохра¬няя собственное творческое «я», — сущность его искусства.
«Концертный зал» артиста сегодня — вся наша страна. Голос его звучит по радио. Теле¬видение собирает зрителей у голубого экрана на его фильмы-концерты. Пластинки с записью его исполнения звучат и у нас, и за рубежом всюду находя единомышленников. В программах Журавлева всегда наша судьба. Он дает нам ее не только почувствовать, помогает сложному процессу осознание. идущему вслед за непосредственным эстетическим впечатлением, И чем сильнее импульс чисто художественный, тем необходимее осмылевать услышанного. Оно идет за нами долго. Не пускает. Мы соотносим свои впечатления-с действительностью, с прочитанными книгами. Мы живем услышанным, казалось, и не думая больше о концерте. Направление чувств и мысли, переданное нам артистом, обретает в нас самостоятельную жизнь. Искусство Журавлева оказывало и оказывает влияние не только художественное, эстетиче¬ское, но и глубоко человечное уже не на одно поколение людей. Все мы после концертов Журавлёва становимся богаче, щедрее духовно. Искусство Дмитрия Николаевича Журавлёва - школа чувств, школа вкуса, художественной правды, гражданских и нравственных идеалов.
О.М.Итина